Вдумчивому непредвзятому читателю будет трудно разгадать загадку, как во всем мире огромная толпа врачей на протяжении стольких веков могла придерживаться такого пагубного лечения хронических больных?
Обычный вредный способ лечения старой школы врачей, упоминаемый здесь как неверный, вызван грубейшим незнанием истинного природного процесса, я имею в виду того, который показал опыт относительно связи веществ, называемых лекарствами, с человеческим организмом, — другими словами, он до сих пор зависит от жалкого несостоятельного суеверия этих людей (называемых врачами), что лекарства, даже в больших часто повторяемых и увеличенных дозах являются полезными сами по себе и абсолютно во всех случаях.
Малейшая попытка точного наблюдения, будь они на нее способны, убедила бы их, что это в корне ошибочно, и верно противоположное, а именно: все вещества, которые можно назвать лекарственными, являются сами по себе в целом вредными для здоровья человека, и которые могут стать полезными только тогда, когда каждое точно соответствует в своей повреждающей силе болезни, для которой оно специфически предназначено, и дается в соответствующей дозе и в нужное время.
Эту истину, совершенно необходимую для излечения, я первым объявил всему миру. Аллопаты, застигнутые врасплох, вначале, казалось, признали это, как если бы они уже давно были знакомы с ней, но результаты показали, что они по-прежнему оставались слепыми, и эта рожденная на небесах истина не находит входа в их механические головы.
Если бы это было иначе, они бы не могли настаивать по сей день на своем шарлатанском лечении хронических заболеваний, не пытаясь выяснить специфические силы каждого отдельного лекарства. Они умерщвляют хронических больных смесями из множества неизвестных лекарств, назначаемых в больших, частых и как правило увеличивающихся дозах, продолжающихся в течение длительного времени; этого не было бы, если бы они узнали или поняли эту неопровержимую истину, и всегда имели ее в виду: лекарства сами по себе вещества в целом вредные для здоровья человека, но когда какое-либо одно лекарство точно соответствует в своем повреждающем эффекте особому случаю болезни, для которого оно специально предназначено, и назначается в соответствующей дозе и в правильное время, оно может быть полезным.
Вредное воздействие на хронических больных, которое заключается в их слепом методе лечения, в перегрузке сильными неизвестными препаратами, совершенно очевидно для каждого рассудительного непредвзятого человека, который знает, что каждое лекарство — это создающее лекарственную болезнь вещество; следовательно, любой мощный препарат, принимаемый ежедневно и в возрастающих дозах, непременно сделает любого, даже здорового человека, больным. Это очевидно со стороны в начале, но менее заметно при длительном приеме лекарства1, которое проникает все глубже и создает постоянное повреждение, потому что активная поддерживающая в нас жизнь сила стремится держать повреждения, частыми атаками угрожающими самой жизни, на удалении посредством внутреннего противостояния, создавая невидимый барьер для защиты жизни от проникновения лекарственного врага. Она формирует патологические изменения в органах, для того чтобы усилить функцию одного и сделать его нестерпимо чувствительным и, следовательно, болезненным, а остальные — невосприимчивыми и даже бесчувственными, в то время как она лишает раздражительности другие части (которые в здоровом состоянии легко возбуждаются к действию) или даже парализует их; короче, она создает столько телесных и психических болезненных изменений, сколько необходимо, чтобы отразить угрозу для жизни со стороны враждебного вмешательства постоянно повторяющихся лекарственных доз; другими словами, после многочисленных скрытых дезорганизаций и аномальных организаций появляется постоянное расстройство здоровья тела и ума, для которого не может быть более подходящего наименования, чем хроническая лекарственная болезнь — внутреннее и внешнее разрушение здоровья, причем когда мощное лекарство использовалось только несколько месяцев, природа индивида настолько прочно изменяется, что даже если все лекарства отменить, и организм больше не будет терять силы и соки, это болезненное внутреннее превращение не может быть устранено жизненной силой или преобразовано в здоровье и нормальное состояние за два-три года. Так, например, жизненная сила нашего организма, которая всегда осуществляет охранительную функцию, защищает чувствительную часть ладони руки каменщика (и также работающего с огнем стеклодува и проч.) от царапин и порезов из-за острых углов и мест на камнях с помощью прочного покрытия, рогового, защищающего кожу и нервы, кровеносные сосуды и мышцы от ранения или другого повреждения. Но если человек перестают обрабатывать грубые камни и будет брать в руки только мягкие вещи, должен пройти по крайней мере год, прежде чем жизненная сила (а никакое хирургическое или другое искусство не может этого сделать) приведет к удалению этой роговой кожи, которая была ранее создана ею на руках плотника для защиты от продолжающегося действия необработанных камней.
Leipzig bei Baumgärtner, 1831
Перевод Зои Дымент (Минск)
Столь же защитной проявляет себя наша охранительная сила, когда она по меньшей мере спасает жизнь, если не в состоянии сделать больше, образованием органических и динамических барьеров внутри организма, направленных против враждебных вредоносных атак продолжительно назначаемых доз сильного аллопатического лекарства, то есть путем создания постоянных изменений в нашем организме, которые всегда образуют продолжительное лекарственное заболевание, длящееся часто долгими годами, которое невозможно излечить и устранить любым человеческим искусством, и может быть только возвращено в течение нескольких лет к нормальному состоянию посредством жизненной силы при условии, что все лекарства прекращаются, а нужная сила в организме еще имеется.
Если, например, чесоточный пациент страдает от хронического невенерического поражения и вместо гомеопатического излечения мягкого, быстрого и постоянного характера попадает к врачам старой школы, использующим длительно целый ряд сильных препаратов, неспособных устранить хронический миазм, как и все аллопатические лекарства, и как это обычно бывает, назначаемых в возрастающих дозах в течение длительного периода времени, как это происходит при всех обычных методах лечения, мы можем легко представить, в каком печальном и в конце концов неизлечимом состоянии пациент должен оказаться из-за таких бессмысленных атак на его организм, и как безжалостно должен он им подвергаться, чтобы без малейшего уменьшения его первоначального чесоточного недуга могли развиться постоянные органические пороки и изменения нежнейших, самых хрупких частей организма, наиболее незаменимых для жизни и благополучия, а как следствие их — новые постоянные болезни: хининовая, опиумная, ртутная, цианистоводородная, мышьяковая, валериановая, наперстяночная и другие безымянные хронические лекарственные заболевания, которые все объединяются и сливаются (усложняются) в многоголового невыносимого монстра болезни, от которой нет и не может быть, никакого средства на земле, никакого антидота, никаких восстанавливающих лекарств в природе.