СЛУЧАЙ ТРЕТИЙ

Осенью 1926 года меня разбудили среди ночи и срочно вызвали к замужней сорокалетней пациентке. Вечером после сильного возбуждения у нее внезапно появились ужасные боли внизу живота с ощущением, что живот хрупкий как стекло, но несмотря на это, имелись повышенный аппетит, молниеносные боли, начинающиеся справа в паховой области и отдающие в правый бок со страхом шелохнуться, температура 38,5° С. Желание, чтобы рядом были люди, боли усиливаются от малейшего прикосновения, пароксизмальные, невыносимые, прилив крови, голова горячая, кисти и стопы холодные. Я назначил одну дозу Belladonna 200 Кента и целый мешок плацебо для приема раз в три часа, а также лед на живот и жидкую диету. Гинекологическое исследование показало опухоль размерами с маленький апельсин в правом придатке, очень чувствительную при пальпации, а также невыраженный параметрит. Диагноз: правосторонний аднексит и сальпингит (скорее всего, начинающийся).

На следующий день все оставалось по-прежнему: боли, ужасная ночь, возбуждение, холод внутри и жар снаружи, но кроме того, появился страх смерти. Несмотря на страх, она не в состоянии плакать, хотя ей кажется, что слезы принесут облегчение. Отвращение к сладкому и редкие мочеиспускания. Единственное подходящее лекарство — Arsenicum. Боли в животе усилились, теперь она отмечает, что они напоминают тугую повязку, сдавливающую правую паховую область, и распространяются на всю правую подвздошную ямку. При пальпации определяется полужидкая масса в проекции правого придатка и аппендикса — воспаление захватывает новые участки и появилась угроза перитонита. Arsenicum 200 Кента, 6 доз, по одной дозе каждые 3 часа, при улучшении не принимать.

Назавтра я узнал, что ночь прошла лучше, но остается температура 38,8° C, пульс неритмичный и доходит до 94, стул жидкий сразу после того, как попьет. Икоты, рвоты, одышки, озноба, потливости не наблюдается. Пациентка утратила надежду на выздоровление и чувствует себя обреченной, потому что тринадцать лет назад у нее уже был перитонит именно такого течения, но еще и с зеленоватой рвотой. Тогда она перенесла гинекологическую операцию, после которой испытывала неописуемые страдания на протяжении четырех месяцев. Теперь во время новых приступов перитонита она крайне обеспокоена, достаточно ли сильна гомеопатия, чтобы ей помочь, и высказывает сомнения в эффективности малых доз. Назначение: плацебо каждые два часа.

На следующий день, 13 октября, она сообщила, что смогла ночью заснуть только на полчаса и постоянно стонала, а также, что стала испытывать непреодолимое желание царапать все, к чему прикоснется, и для этого ей даже дали рулон туалетной бумаги. Скулы красные, язык белый, редкие мочеиспускания, она беспокойная, возбужденная, нервозная. Совсем не двигается, так как запомнила, что при прошлом перитоните нельзя было шевелиться. Результаты осмотра тоже не обнадеживают: боль распространяется в область левого придатка, отечность пока только справа, но уже доходит до подреберья. Область печени очень болезненна при прикосновении, область желчного пузыря и поджелудочной железы чувствительны, абдоминальное дыхание отсутствует — очевидно, что перитонит продолжает быстро распространяться. У пациентки жгучая кислая отрыжка, которая не приносит облегчения. Она почти не спит, ей хуже вечером, стремится все царапать, стонет и вертит головой на подушке. Настроение меняется от доверия и спокойствия до возбуждения, гнева и отчаяния; в данный момент она уверена, что умрет. Лицо красное, стула нет, не потеет. Ее руки в непрерывном движении, она все время хватает меня с мольбой, уверяя, что скоро умрет. И вдруг она говорит мне: "Доктор, в состоянии ли вы взять полную ответственность за мою болезнь? Я вижу, что мне становится все хуже. Вы врач, и я полагаюсь на ваш ум, ваши знания и прежде всего на ваше ответственное решение, может ли гомеопатия меня вылечить"! Представьте себе, как я выглядел! При этом еще присутствовали ее муж и свекровь. Уверяю вас, это были весьма неприятные минуты. Эх, как же хочется в такие моменты воскликнуть: "Идите-ка вы все к черту! Зовите поскорее хирурга и оставьте меня в покое!" Но есть такое понятие как долг солдата в бою: или он встречает неприятеля лицом к лицу, или уносит ноги. Я попросил час на размышления и вернулся в свой кабинет в необычайном волнении. В течение трех дней перитонит распространяется все сильнее, и в этом нет малейшего сомнения. Пульс становится прерывистым и слабым. Температура, хоть и не так выражена, но все же нарастает. Лед, жидкая диета и покой не могут остановить воспалительный процесс. Назначенные лекарства, пусть и показанные, не способны повлиять на тяжесть состояния. Вопрос становится ребром: хирургия, аллопатия или гомеопатия?

Без сомнения, это был один из тех случаев, про который еще во время учебы мне говорили, что если не справляешься, а состояние тяжелое, то надо обращаться к коллегам другим специальностей. Но неужели гомеопатия здесь и в самом деле бессильна? Слабительные, рвотные, кровопускания или, например, казеин или молоко, чтобы вызвать анафилактический шок и провести тем самым своего рода отвлекающую терапию, — неужели такие вещи совсем не могут здесь помочь? Я ведь ничего, кроме гомеопатии, серьезно не изучал, а эти средства тоже иногда помогают. Я весь горел и покрылся крупными каплями пота. Прошло уже четверть часа. Пересматривая свои записи, я сидел в кресле, и мой взгляд упал на портреты нашего великого Самуэля Ганемана и его ученика Беннингхаузена, которые я привез из Бостона. Казалось, что выражение их лиц сочувствовало моей беде. У меня самого не было ни лихорадки, ни перитонита, но мне казалось, что я встревожен не меньше моей бедной пациентки, ожидающей моего решения. И вдруг у меня в душе блеснул луч надежды: закон подобия — не пустое слово, просто нужно старательно искать. Заново изучив все симптомы, я взялся за реперторий, но уже назначавшийся Arsenicum вновь вновь выходил главным лекарством. Однако время от времени перед моим взором стали появляться и другие препараты: Arnica, Pyrogenium,Rhus, Stramonium, Tarentula и другие. Я перечитал патогенезы этих пяти лекарств в "Руководящих симптомах" Геринга и пришел к выводу, что такое нервозное состояние с повышенной чувствительностью, внутренне возбуждение, отчаяние, смена настроения, желание царапаться, вращение головой на подушке, постоянное движение рук очень похоже на отравление Tarentula hispanica, которую я и решил назначить в 200-м разведении, одну дозу. Я выбрал 200-е разведение, потому что это был острый случай с четкими показаниями, а более высокая доза могла бы вызвать обострение, чего мне совсем не хотелось. Кроме того, это была пациентка с высоким уровнем интеллекта, и она всегда хорошо реагировала на это разведение в острых случаях. Потом я пришел к ней и сказал: "Я беру на себя всю ответственность за ваше состояние и сделаю все, что в моих силах, чтобы вылечить вас с помощьюгомеопатии". Помимо этой одной дозы, я назначил ей принимать каждый час Sacharum lactis(молочный сахар, т. е. плацебо. — Прим. перев.). Через два часа после приема моего лекарства она почувствовала явное внутреннее облегчение и уснула. Господа, когда пациент засыпает, это всегда хороший признак, и обычно, если мне говорят, что надо будить пациента, чтобы давать ему лекарство, я отвечаю, поступать таким образом — неописуемое свинство. Если больной спит, не мешайте ему. Сон, особенно при тяжелых состояниях, по крайней мере если это не летаргический сон, всегда приносит пользу и указывает на спасение. Пациентка немного вздремнула, откинувшись на правый бок, затем стала сильнее стонать, температура 38° С, пульс 90, ритмичный и хорошего наполнения, затем стала много зевать, появилась отрыжка с привкусом тухлых яиц и отошли зловонные газы. Потом она сказала, что чувствует себя спокойной и счастливой. Отчаяние прошло, она больше не царапалась, отрыжка прекратилась, ночь прошла лучше — пациентка смогла подремать три часа. На следующий день область печени и поджелудочной железы стала легко пальпироваться, вечером отошло большое количество мочи и впервые появился пот.

На шестой день появилась менструация, как и раньше очень обильная, наблюдались обычные предменструальные приливы. Боли в паху почти прекратились. Короче говоря, несмотря на эти изменения, которые могли бы серьезно осложнить состояние, наша пациентка продолжала выздоравливать. Кто может сказать, насколько рискованной была бы операция? Через три недели после начала болезни обнаруживалось лишь небольшое уплотнение в области яичника, через пять недель пациентка стала подниматься с постели, а через шесть выходить из дома.

Этот случай самым наглядным образом иллюстрирует эффективность гомеопатического лекарства, одной дозы которого оказалось вполне достаточно. Поскольку пациентка в прошлом уже переносила перитонит, то теперь могла сравнить оба метода лечения по быстроте улучшения самочувствия и полного излечения болезни, которая не возвращается вот уже десять лет.