Утверждение, что то или иное лекарство является противовоспалительным, рассасывающим, усиливающим или угнетающим чувствительность, раздражительность или репродуктивную функцию, основывается только на гипотетическом предположении. Само по себе это ложное и гипотетическое предположение, лишенное доказательств и фактов того, что данное лекарство обязательно и непосредственно выполняет описанные действия при болезнях. Как в таком случае, во имя разума, можно отважиться приписать им без доказательства пустяковые достоинства отдельных лекарств, при этом независимо от того факта, что они почти никогда не предписывались отдельно, но почти всегда только в сочетании с другими? Таким образом, каждое такое утверждение является явной ложью.

Что когда-либо растворилось или распалось внутри человеческого организма благодаря лекарствам? Какие факты подтверждают, что растворение живых тканей организма с помощью лекарств оказалось возможным? Почему исчерпывающие доказательства проявления такой мощи некоторых веществ нигде не представлены? Или почему, поскольку невозможно наблюдать механические и химические эффекты лекарств в непознанном и непознаваемом святилище организма, чувство стыда не сдерживает людей от публикации таких изобретений в виде истин и догм, когда они беззастенчиво и ложно приписывают такие действия лекарствам, ведь ошибка в самом серьезном и важном из всех земных призваний, исцелении больных, должна иметь самые тяжкие последствия, и ложь здесь является величайшим преступлением, не меньшим, чем государственная измена человечеству?

А что там, в скрытых внутренних частях живого организма, должно раствориться или рассеяться, что человеческий организм, под действием нужного лекарства, не был бы в состоянии растворить самостоятельно, если это необходимо?

Есть ли в организме в действительности нечто такое, что должно быть растворено извне, как некоторые полагают? Разве Зёммеринг не доказал, что опухшие гланды, которые до сих пор считаются закупоренными, напротив, имеют расширенные сосуды? Разве не было установлено в эксперименте на здоровых крестьянах, что при упорном использовании клизмы Кемпфа в их кишечнике производились, а затем из него и эвакуировались те же самые отвратительные испражнения, которые Кемпф на гипотетических основаниях полагает существующими в организме почти у всех пациентов, страдающих хроническими заболеваниями, в форме закупорки, завалов и накоплений, хотя он вначале посредством нескольких сотен клизм вводит свой комбинированный травяной отвар, приводя к неестественному состоянию кишечника, который производит эти секреты, а затем добивается их эвакуации, к ужасу всех наблюдателей, и, к сожалению, почти все врачи, без исключения, являются его последователями, и своим мысленным взором теперь они не охватывают во всех почти своих пациентах ничего, кроме обструкции мельчайших сосудов брюшной полости, завалов и накоплений; берут бессмысленную травяную смесь Кемпфа, чтобы действительно растворять, и рассеивать, и ставить ради спасения гипотезы клизмы бедным пациентам, почти до их смерти, с такой энергией и настойчивостью, что это стало грешным и позорным.

Теперь, предполагая, что эти мнимые случаи действительно были реальными и что может быть нечто, что необходимо растворить и рассеять в больном организме человека, кто когда-нибудь видел это растворение или разложение под прямым воздействием лекарства, когда пациент восстанавливается, так что жизненная сила, которая прежде осуществляла контроль всех действий организма, оставалась в этом случае пассивным зрителем и позволяла лекарству совершать свою работу без посторонней помощи в тех частях, которые считаются закупоренными и отвердевшими, подобно тому, как дубильщик работает со своими шкурами?

С помощью каломели, согласно истории пациента¹, хроническая рвота, которая случалась после еды, была устранена. Причиной рвоты, как стало ясно, было уплотнение желудка и привратника; из всего, что рассказавший об этой истории заявляет с полным бесстыдством, без привлечения малейших доказательств в поддержку своей позиции, следует только то, что он приписал безусловную противовоспалительную силу каломели и приписывает себе честь излечения неизлечимой болезни, что происходит, конечно, весьма редко, так как она неизлечима. Другой автор² разглагольствует в таком же поэтическом тоне о давлении в животе, судорогах в нем, отрыжке и рвоте у своего пациента, связывая это с неким органическим заболеванием желудка, скирром, уплотнениями и опухолями, и считает, что так как они были устранены в результате долговременного питья отвара triticum repens (лат. пырея ползучего. — Прим. перев.) (и в то же время пациент придерживался хорошо отрегулированного режима?), в результате полностью установлено, что эта трава может вылечить скирр желудка, существование которого в его случае не подтверждалось никакими доказательствами.

Но давление в желудке, отрыжка и рвота после еды, даже продолжающиеся длительно, не означают, что присутствует редкая болезнь, и зачастую легко излечимы правильной диетой и режимом, и сами по себе не являются доказательством уплотнений или скирра желудка или привратника. Эта болезнь сопровождается более серьезными симптомами, чем давление, отрыжка и обычная рвота.

Это, однако, весьма похвальный способ, с помощью которого лекарство получает незаслуженную честь как противовоспалительное, рассеивающее и т.п., то есть с помощью слепых и смелых гипотез о наличии важной внутренней болезни, которую у пациента никогда не видели и не могли доказать ее существование.

Второй источник свойств лекарств, приписанных им в Материи медике, как утверждается, имеет прочную основу, а именно, их заметные для нашего восприятия свойства, на основании которых могут быть установлены их последствия. Мы увидим, однако, насколько это туманный источник.

Я пощажу обычную медицинскую школу от унижения, напомнив о безумии тех древних врачей, которые, определяя лекарственные полномочия лекарственного сырья по сигнатурам, то есть, по цвету и форме, назначали похожий по форме на яички корень ятрышника, чтобы восстановить мужскую силу; phallus impudicus (лат.фаллюс нескромный. — Прим. перев.) — чтобы укрепить слабую эрекцию; приписывали желтой куркуме силу излечения желтухи и считали hypericum perforatum (лат. зверобой продырявленный. — Прим. перев.), чьи желтые цветы при надавливании выпускают красный сок (кровь святого Иоанна), полезным при кровотечениях и ранах, и т.п.; я воздержусь и не стану дразнить современных врачей этими нелепостями, хотя следы подобного встречаются в самых современных трактатах по Материи медике.