Все это с виду очень просто: хина излечивает лихорадку и хина же вызывает ее, а потому нам стоить только принимать лекарства, чтобы получить средства для любой болезни. Но факты не так просты, какими они кажутся, и здесь-то мы видим одно из различий, существующих между двумя школами. Ганеман знал, что хина излечивает только известную форму лихорадки или, другими словами, что она излечивает только те случаи лихорадки, в которых у больного проявляются те же самые симптомы, которые хина сама способна вызывать у здоровых. Аллопатическая школа постоянно старается отыскивать специфики против болезней, и на этом и основывает свою фармакологию. Лекарства делятся на разряды, смотря по главным чертам их общего действия. Очень многие из них начинаются словом анти-: антисептический, антипериодический, антиспазмодический и т. д.; это означает, что такие лекарства считаются специфическими средствами против известных болезненных состояний.
Недостаток подобного распределения состоит в том, что в каждом списке заключается много лекарств без указания на то, которое из них следует выбрать в каком-нибудь определенном случае. Вот здесь-то и проявляет свое преимущество гомеопатия. Двустороннее действие лекарств — их способность вызывать у здоровых состояние, схожее с тем, которое они излечивают у больных, — дает ключ к нахождению средства, подходящего к фазису любого случая. У гомеопатии нет спецификов против отвлеченных болезней, но она дает возможность находить специфическое средство для каждого данного случая болезни.
Чтобы иметь возможность отыскивать гомеопатическое специфическое средство для данного болезненного случая, необходимо испытывать лекарства на здоровых. Такое испытание лекарств было впервые установлено Ганеманом на себе и друзьях, и полученные этим путем симптомы и составляют гомеопатическое лекарствоведение. Для справок эти симптомы распределяются под различными областями тела, в которых они появляются. Таким образом, гомеопатическая фармакология вполне отличается от аллопатической. Она сообщает сведения о действительных эффектах, производимых каждым лекарством, тогда как аллопатическая фармакология основывается более или менее на догадках, довольствуясь тем, что говорят или воображают о лекарствах различные авторитеты.
Д-р Деджон рассказывает анекдот об одной барыне, которой гомеопатия нравилась, потому что она проста как А, В, С1. Когда у ребенка что-нибудь не в порядке, то для этого имеется наготове аконит; если он не поможет, можно попробовать белладонну, а если она также не принесет достаточной пользы, то уж хамомилла наверно успешно закончит излечение.
В этом много правды, и многие сделались гомеопатами, благодаря успехам А, В и С в детской. Гомеопатия поддается значительному обобщению, в противном случае она была бы почти недоступной обычным смертным.
Так как действительные случаи запоминаются легче, чем отвлеченные принципы, то я считаю полезным привести несколько примеров, иллюстрирующих гомеопатическое правило.
Первый случай иллюстрирует как принцип обобщения, так и принцип обособления, но об этом скажу позднее.
В начале прошлого января мне писали из деревни о двух девочках, из коих одной было три года и девять месяцев, а другой один год и два месяца. Обе страдали коклюшем уже две или три недели. Лечил их аллопат, но старшая девочка наотрез отказалась принимать прописанное им лекарство. Младшую убедили принять дозу, от которой у нее тотчас появилась рвота. Что же оставалось делать? Отец обратился ко мне письменно.
Против коклюша существует много средств в обеих школах, которое же из них следовало мне послать? Или же мне следовало выбрать какое-нибудь новое средство, которое еще никогда не употреблялось против коклюша? Отец девочек сообщил мне следующие подробности: у старшей девочки кашель заканчивается отрыжкой, которая доставляла облегчение, и после кашля она, казалось, глотала, чтобы отдышаться. Вместе с тем, ей трудно было дышать носом, вследствие скопления слизи. У маленькой девочки, очень слабой и хилой, был мучительный кашель, как бы идущий из желудка и сопровождаемый слюнотечением.
На основании-то этих данных мне и пришлось назначить лекарство, но в гомеопатии существует очень много средств, вызывающих судорожный кашель — которое же из них должен я был выбрать? Гомеопатия требует, чтобы в каждом случае давалось лекарство, наиболее схожее по совокупности симптомов, но при этом некоторые симптомы гораздо важнее других. Ганеман указал, что наиболее особенные и, так сказать, "смешные" симптомы являются самыми важными. Я обратил внимание на то, что в обоих случаях кашель сопровождался отрыжкой. Вот тут-то является необходимость в другой особенности гомеопатии — реперториях. Никакая голова не в состоянии вместить в себе миллионы симптомов, вызываемых тысячью или более лекарств. Поэтому-то необходимы указатели, или репертории, в которых приведены не только симптомы, но и условия, при которых они появляются. И вот я обратился к Реперторию кашля Ли и Кларка и под заголовком "отрыжка, сопровождающая кашель" нашел следующие средства: амбра, арника, ацидум сульфурикум и вератрум. В "Чистом лекарствоведении" Ганемана под амброй я прочитал: "Страшный спазмодический кашель с значительной отрыжкой и хрипотой". Симптом этот испытал сам Ганеман. К немалому удовольствию своему, я нашел также и другой симптом, испытанный фон Герсдорфом, а именно "сухой, глубокий кашель со скоплением слюны во рту". Тут, следовательно, я встретил выдающийся симптом кашля у другой девочки — "слюнотечение при кашле". Амбра также соответствовала катаральным носовым симптомам обоих детей. Я послал пузырек с амброй 3-го разведения с тем, чтобы дети принимали дозу через каждые два часа. Они стали поправляться так быстро, что лечивших их врач не нашел нужным более посещать их. Во время сильного холода, бывшего в феврале, девочки простудились и я переменил лекарство, но через неделю исправил свою ошибку и снова послал амбру, но 30-го деления; она произвела быстрое улучшение и дети постепенно оправились без всякого другого лекарства.