ПОСТРОЕНИЕ И ОБОРОНА

Ганеман посвятил свои силы не исключительно одной борьбе с современными злоупотреблениями. Все это время он старательно разрабатывал свою мысль, испытывая лекарства на самом себе и созидая систему свою на твердой почве добытых результатов. В 1810 г. он настолько усовершенствовал свой способ лечения, что мог опубликовать знаменитый "Органон", в котором изложил подробно то, что им было вкратце очерчено за четырнадцать лет перед тем в "Опыте нового принципа". В следующем году он обратился за разрешением читать лекции в Лейпцигском университете. Просьба эта была принята не совсем дружелюбно властями, но они согласились с тем, чтобы он предварительно защищал диссертацию. Ганеман представил прекрасное исследование "О геллеборизме древних" (De Helleborismo Veterum), в котором его оппоненты не могли отыскать никаких недостатков, и он немедленно получил право читать лекции. В течение восьми лет он преподавал и практиковал свою систему в сообществе с группой ревностных учеников и поддерживаемый значительной частью публики. Между тем чувство зависти среди его коллег возрастало, и аптекари стали относиться к нему враждебнее прежнего, так как он нашел, что кроме выгод, сопровождаемых дачей одного лекарства за раз — весьма тяжкий грех в глазах аптекаря, — не было надобности назначать отравляющие дозы для получения целебных действий лекарства. Аптекари не могли этого снести; их ремеслу угрожала опасность. Одно лекарство за раз, да притом в незначительном количестве! — как же существовать бедному аптекарю! Руководствуясь принципом доставления наибольшей пользы наибольшему числу людей — так как аптекарей было много, а Ганеман был один — они решили погубить его. По закону врач не имел права сам приготовлять свои лекарства; это было им как раз на руку. Они сообща отказались приготовлять его рецепты, а когда он стал сам выдавать свои лекарства, даже бесплатно, они подвергли его ответственности по закону и достигли того, что он был изгнан из Лейпцига в 1819 г., когда ему уже было 65 лет. После долгих и утомительных странствований он наконец нашел себе убежище в маленьком городке Кётене, под эгидой дружелюбного герцога Ангальтского.