ГЕШТАЛЬТ ЗАБОЛЕВАНИЯ
Гомеопатия базируется на гештальт-философии, которая утверждает, что целое превосходит сумму его частей. Такое целостное сознание является корнем философии, который формирует основу мировоззрения Самуэля Ганемана. Например, нельзя определить местонахождение объекта в пространстве только одним вектором. Чтобы легко идентифицировать положение объекта, необходимо по крайней мере три вектора. Вот почему Геринг говорил, что для определения лекарства необходимо иметь хотя бы три хороших характеристики симптома. Эта мысль легла в основу знаменитой "табуретки на трех ножках" Геринга.
Существует ли такое явление в природе, где одна неотъемлемая часть важнее целого? Не обладает ли атом электронами, нейтронами и протонами, точно так же, как и кварками? Разве не слагаются элементы Периодической таблицы в атомы и молекулы в различных комбинациях? Кто важнее, электрон, протон или нейтрон? Разве Вселенная не основана на гравитации, слабых ядерных силах, сильных ядерных силах и электромагнетизме, равно как на времени и пространстве? Главнее ли гравитация электромагнетизма или сильные ядерные силы важнее слабых? Или время важнее пространства?
Разве растения, состоящие из нескольких частей, не составляют единое целое? Могут ли свойства одной части быть совершенно независимыми от свойств других частей? Разве не очевидно, что природа основана на взаимодействиях, совместных усилиях создать целое, а не на одной "единице существа", которую можно возвести в абсолют? Идея Ньютона о стабильном атоме, лежащем в основе всей энергии, безнадежно устарела. Современная физика — это гештальт-наука, а не урезанная модель, держащаяся на превосходстве одного фактора. Неотъемлемые свойства собираются вместе, образуя явление, но нет ни одного фактора значительнее целого.
Нельзя "увидеть" трансцендентальное Бытие (нем. Wesen), но можно осознать его проявления через гештальт-образы, которые обнаруживают себя как общее поле феномена. Таким же образом общность признаков, событий и симптомов является "внешним отражением образа внутренней сущности болезни, то есть страдающей жизненной силы". Ганеман разъяснил это в "Органоне" и "Хронических болезнях". Именно поэтому он говорил, что один симптом составляет болезнь не более, чем одна нога — человека. Ни одна основная проблема, вопрос или ощущение не могут выразить все скрытые различия целого временнóго промежутка со всеми обстоятельствами. Возможно, они станут одной гранью, действительно важной в определенный момент времени, но в то же время будут существовать и другие не менее важные грани. Это одинаково верно как при работе с конкретным пациентом, так и при изучении основной идеи определенной группы или вида.
Фраза, что в "гомеопатии неважно 'почему', а нужно знать только 'что'", стала уже шаблонной. Действительно ли это так? Знание о причинности и наблюдение в сопоставлении и окружающих обстоятельствах не имеет значения? Может ли один-единственный вопрос "Что? Что? Что?" действительно заменить шесть существенных вопросов: "Кто? Где? Почему? Чем? Каким образом? Когда?" Ганеман учил, что в основу случая берутся причина, миазмы, признаки, происшествия и симптомы тела и души с сопровождающими обстоятельствами. Он первым использовал локализацию, ощущение, видоизменение и сопутствующие обстоятельства в качестве указателей к выбору лекарств. Затем Беннингхаузен показал, что полный симптом образован этими четырьмя составляющими, формирующими полную картину заболевания. Может ли полный симптом состоять из одной жалобы? Может ли полный случай состоять из одного ощущения? Может ли полный случай быть без модальностей? Может ли полный случай быть без сопутствующих симптомов? Я думаю, что мы знаем ответы Ганемана и Беннингхаузена на эти вопросы!
Ганеман учил, что эмоциональное состояние настолько важно, что "часто склоняет чашу весов в выборе гомеопатического лекарства". Здесь не утверждается, что эмоциональное состояние "всегда" склоняет чашу весов в выборе средства. Замена слова "часто" на "всегда" является ошибкой школы, базирующейся только на психическом состоянии. Психический симптом может пошатнуть равновесие, но это еще не означает, что только он составляет случай. В нашем мире, где все относительно, не бывает абсолютов. Необычное "ощущение как будто" может быть настолько важным, насколько и любой другой психический симптом, и необычный психический симптом может быть также важен, как и любое ощущение. Изменение в психике, ощущениях или функциях согласно времени и сопутствующим обстоятельствам — все это может быть одинаково важно. Лично я никогда не придерживался мнения, что поразительный необычный симптом тела стоит ниже поразительного необычного характерного психического симптома. Я придаю ценность симптому по его поразительности, незаурядности, необычности и странности качеств, а не по тому, является ли он телесным, психическим или эмоциональным.
Когда меняется сознание, меняется энергия. Когда меняется энергия, меняется сознание. Такова сущность Бессознательного, сферы динамических архетипов. Это уровень нелинейных синхронизмов, имеющих более глубокое символическое значение. На этом плане название "пульсатилла" соединяется с мифологическими "слезами Венеры" логически необъяснимым образом! В то же время особенности характера и телосложения ветреницы (пульсатиллы) также дают ключи к подбору препарата. Это понимание архетипов — чудесный подарок покойного великого д-ра Уитмонта, работавшего классическим гомеопатом и психиатром по юнгианской методике. В конечном счете линейная причинность и нелинейные синхронизмы становятся комплементарными противоположностями, которые образуют целое, превосходящее сумму своих частей. Все это равноценно в зависимости от времени и обстоятельств.
Стремление к упрощению уводит в противоположную сторону от гештальт-философии, на которой базируется гомеопатия Ганемана. Некоторые настолько зациклены на сведении случаев к одной психической сущности, делюзии, ощущению и миазму со своими ключевыми симптомами и схемами, что за деревьями не видят леса. Они стараются преждевременно сузить симптомы еще до того, как раскрыть реперторий или Материю медику. Они смотрят только в двух направлениях (по горизонтали и вертикали) по двухмерной таблице, не уравновешивая этот взгляд направлением вглубь, возможности которого предоставляют реперторий и Материя медика. Пациенты, болезни и препараты — многогранные явления, их невозможно свести к двухмерности бумаги.
Те, кто думают, что реперторий является только "цифровой системой", на самом деле просто не умеют им правильно пользоваться. Ни один хорошо обученный гомеопат не будет гоняться за цифрами! Хорошо обученный гомеопат выстраивает образы, объединяя комбинации частей симптомов, отображающих большее Целое заболевания, до тех пор, пока оно не станет голограммой с высотой, шириной и глубиной. Истина состоит в том, что реперторий является средством для мастерского комбинирования индивидуальных частей симптомов, собирая многомерный зеркальный образ портрета болезни.
Реперторий построен таким образом, чтобы можно было собрать грани более крупного целого образа по представленным характерным симптомам и смонтировать их в комбинацию, возможно, никогда не виданную ранее. Красота открытого упорядоченного обзора репертория в том и состоит, что никакая "система, основанная на методе" не может его заменить! Реперторий обладает возможностью объединения частей симптомов в огромное количество комбинаций, представляющих вероятное лекарство, если даже точная комбинация не найдена в Материи медике. Просматривая Материю медику в поисках лекарства, способного удалить эти симптомы, в какой-то момент выстраивается однозначная картина. Это то, что обнаружил Беннингхаузен при создании "Терапевтического справочника". С тех пор реперторий — это не просто указатель симптомов из Материи медики. Реперторий — это открытый инструмент, позволяющий максимально настроиться на почти бесконечное разнообразие симптомов и добиться максимально точной индивидуализации. Хотя изучение репертория и нелегкое дело, но для тех, кто однажды овладел им, он даст информацию, которую нельзя найти в других источниках, построенных на основных идеях и схемах.