Д-р Эгиди предложил Ганеману использовать смесь из двух высокопотенцированных препаратов, каждый из которых соответствует разным симптомам заболевания. В потенцированном виде такое смешение может быть неспособно к химическим реакциям, но может каждое действовать в своей собственной сфере. Д-р Беннингхаузен одобрил идею, и Ганеман был вынужден представить данный вопрос на конференции Центрального общества в 1833 г. Ганеман был убежден, что это, вполне вероятно, может привести к полифармации старой школы, и решил исключить эту доктрину из нового издания "Органона".

Хотя Брэдфорд выдвинул на передний план политические аспекты, письмо Ганемана барону в октябре подтверждает, что провал его испытаний двойных препаратов был основным фактором в отказе от поддержки на конференции. Каждый комментарий свидетельствует, что Ганеман был не очень оптимистичен относительно двух препаратов, хотя вначале он надеялся, что они могут иногда использоваться. Все присутствующие на встрече согласились в том, что данный отрывок 5-го "Органона" следует удалить, позволив Основателю отвергнуть эту идею. Неудачные эксперименты с двумя препаратами стали политическим обязательством перед молодой гомеопатией.

Через месяц Гуфеланд получил от издателя копию отрывка о двойных препаратах, призывающего гомеопатов к решительным действиям. Отрывок об ограниченной роли двойных лекарств был возвращен с серьезным предостережением, в котором Основатель называл эти опыты "рискованным экспериментом". Произошло ли это потому, что Ганеман заметил побочные действия после 5 месяцев клинических наблюдений? См. § 272 5-го "Органона".

Никогда не требуется прописывать более ОДНОГО ПРОСТОГО лекарства за один раз (2a).

(2а) Некоторые гомеопаты проводили эксперимент: в случаях, когда для одной части симптомов, как они полагали, гомеопатически подходило одно лекарство, а для другой части симптомов другое, назначали оба лекарства в одно и то же время, но я настоятельно возражаю против таких рискованных экспериментов, в которых никогда нет необходимости, хотя изредка их и можно использовать.

Это примечание выражает сходные мысли Ганемана, написанные в его письме барону в октябре 1833 года. Он не говорил, что Эгиди и Беннингхаузен никогда не получат "никаких результатов", но эксперименты убедили его, что одно лекарство предпочтительнее. Он также видел несомненный риск в двойных назначениях, поэтому он выступил против этого метода. Его также волновало, что те, кто используют двойные назначения, никогда не научатся правильно подбирать один препарат. Это привело бы к самоликвидации гомеопатического образования. По этой причине все упоминания о двойных назначениях были удалены, а параграфы об одном лекарстве были усилены добавлениями к § 273 6-го "Органона".

Ни в каком случае при лечении нет необходимости и поэтому недопустимо за один раз назначать пациенту более одного единственного простого лекарственного вещества. Непостижимо, как могло возникнуть даже малейшее сомнение относительно того, что гораздо сообразнее с природой и более разумно предписывать при болезни единственное простое лекарство за один раз, а не смесь нескольких различно действующих лекарств. В гомеопатии, единственно истинном, простом и естественном искусстве лечения, абсолютно недопустимо давать пациенту за один раз два различных лекарственных вещества.

Дальше Ганеман в § 274 проясняет, что существуют две основные причины, почему одно лекарство гораздо предпочтительнее, чем одновременное назначение нескольких.

Во-первых, даже если каждый из препаратов испытан, невозможно "предвидеть, как два и более лекарственных вещества, если их объединить, могут подавлять и изменять воздействие друг друга на тело человека". Во-вторых, испытанный препарат дает терапевтическое знание через излеченные случаи, а также знание дополнительных симптомов, полученных при испытаниях. Прувинги, клинические подтверждения и знание побочных действий являются тремя важнейшими аспектами Материи медики. Ганеман выяснил в процессе неудачных опытов с назначением двух препаратов в 1833 году, что смешивание гомеопатических лекарств делает невозможным прогноз, анализ или понимание их действий в человеке.

Информация о прувинге одного лекарства, изложенная в Материи медике, неприменима, когда лекарства комбинируются. Как можно предсказать действие двух или более препаратов в одно время на различных людей и в различных условиях? Кто может сказать, какое из них вызвало побочные действия и дополнительные симптомы, а какое — подобное ухудшение? Как вы узнаете, какое из этих лекарств может быть действительно полезно, а какое может быть причиной осложнений? Вот почему требование одного лекарства так важно для понимания лекарственных сил и правильного ведения больного. Предсказывать или регулировать лекарственные силы потенцированной полифармации — не научный путь, ибо это все то же вино старой аллопатии, только в новой бутылке.