Это утверждение, настолько же пагубное, насколько и благонамеренное, опирается на две совершенно ошибочные предпосылки: первая состоит в том, что считается само собой разумеющимся, что "необоснованные заявления в отношении достоинств простых препаратов в практических работах и в Материи медике, составленной из них, являются обоснованными и, следовательно, они действительно способны удовлетворить признаки, представленные в описывающем их случае" (которые, как мы показали и еще покажем, лживы), а вторая заключается в том, что "несколько лекарств следует назначать одновременно, чтобы удовлетворить нескольким признакам болезни, потому что одно лекарство может немногое сделать помимо ответа на один признак, но не на несколько или на множество".

Но что эта обычная Материя медика знает о широкой сфере действия простого лекарственного вещества, которому она, из нечистых наблюдений за результатами применения нескольких лекарств при одной болезни, приписывает все достоинства, которые только пожелала приписать простому ингредиенту из смеси; которая никогда не подвергала чистой проверке силу простого медицинского вещества, то есть, на здоровом человеке, не имеющем никаких симптомов болезни? Разве смесь лжи и истины, которую Материя медика наскребла у составителей комбинированных лекарств для болезней, которым дано только патологическое название, но точного описания не существует, охватывает полностью всю сферу действия, которой Всемогущий наделил свои лекарственные инструменты? Нет! Он вложил в свои целительные инструменты скрытые (но, конечно, поддающиеся раскрытию) чудеса своей мудрости и доброты, дабы эти инструменты могли оказаться полезными для его любимых детей, в гораздо большей мере, чем могла мечтать об этом близорукая Материя медика старой школы.

Но хотя несомненно, что единственное лекарство в один момент времени всегда достаточно для разумного и уместного лечения болезни, я далек от того, чтобы советовать представителям медицинского мира в связи с этим делать простые предписания, то есть назначать одно лекарство при каждой болезни, чтобы выяснить, какое лекарство полезно при этой болезни, какое — при той, чтобы потом на основании этого была воздвигнута Материя медика или написан трактат о свойствах лекарств ab usu in morbis.

Я далек от того, чтобы советовать что-то в этом роде, несмотря на то, что я предполагаю, и так оно и есть, что эта идея обещает рядовым врачам наилучшие результаты.

Нет! Ни малейшего полезного дополнения не может быть сделано ни сейчас, ни когда-либо к нашим знаниям о силе лекарств, относительно их usus in morbus, из наблюдений болезни при единственном лекарстве.

Это такой же неверный источник, как и все остальные вышеупомянутые. Никакой полезной истины о лечебной силе каждого индивидуального лекарства не может быть получено из него.

Я должен объясниться.

Такой способ испытаний лекарств при болезнях возможен только при двух условиях. Только одно лекарство должно быть испытано при всех болезнях, для того чтобы выяснить, в какой из них оно является эффективным, или все лекарства должны быть испытаны при конкретной болезни, для того чтобы выяснить, какое лекарство лечит более определенно и более совершенно.

Прежде всего это последний из этих способов, а из него можно сделать вывод, насколько можно полагаться на первый.

С помощью огромного числа испытаний всех возможных простых веществ, используемых в домашнем лечении при четко определенной болезни, которая всегда будет проявлять одни и те же признаки, несомненно может быть открыто истинное по-настоящему эффективное специфическое лекарство для большого числа людей и их друзей, страдающих от той же болезни, хотя и только casu fortuito (лат. случайно. — Прим. перев.).