В этой работе он рекомендует использовать препараты в грубых, но малых дозах.
Доза должна быть лишь достаточно велика для того чтобы вызвать едва видимые признаки ожидаемой искусственной болезни.
В тот момент он еще не открыл природу жизненной силы.
В 1801 году он написал работу "Лечение и предотвращение скарлатины" ("Малые труды", стр. 369), в которой он рекомендовал использовать тинктуру Opium, одна часть на пять сотен частей спирта, и одну каплю этой настойки надлежало встряхнуть вместе с пятью сотнями капель спирта; дозу же для пациента составляла одна капля этой настройки.
Сотенную шкалу в использование он ввел уже после 1801 года, а в том году он использовал Bell и Cham примерно в третьем или четвертом разведении.
Вскоре он обнаружил, что
уменьшение силы действия препарата не является пропорциональным уменьшению его количества.
Также стал очевидным следующий поразительный факт:
Лекарство можно развести настолько сильно, что ни физика, ни химия не смогут обнаружить лекарственное вещество в растворе, и тем не менее такой раствор будет обладать огромной целительной силой.
Гуфеланд пишет, что Ганеман был величайшим химиком своего времени, поэтому нельзя говорить, что он не знал возможностей науки относительно измерения количества лекарства в открытых им целительных агентах. Его враги говорят, что он был высокообразованным физиком, ботаником, химиком, геологом, астрономом, фармацевтом и так далее. Его величайшим и последним достижением было открытие динамизма, которое выделило его среди других людей и дало начало ганеманизму, который будет существовать, пока существует мир.