Извлечение пользы из этого жизненного урока — злободневное требование; ответив на него, мы сможем измерить целительный принцип или жизнь и природу искажения жизненной силы, идиосинкразию, которую следует исправить или, если угодно, излечить.
Смешение этих сил осложняет жизнь и усложняет лечение.
Мы видим, как жизнь и смерть смешиваются друг с другом, и в итоге одна поглощается другой. Если бы жизнь была совершенной и чистой, мы наблюдали бы полное отсутствие смерти. Мы видим совершенное равновесие между жизнью и смертью.
Это условие становится необходимым для любого воспроизводства и питания, посредством которых мы наблюдаем жизнь — существующую и воздействующую на своего носителя.
Мельчайший дефект в жизненных операциях создает трения, что приводит к быстрому износу, перегреву механизма; смерть наступает, и небольшой дефект превращается в грозное чудовище; однако грозными являются лишь результаты его деятельности, поскольку нам известно о существовании мягчайшей силы, которая, будучи правильно примененной, устраняет изначальный дефект, и вся огромная машина вскоре возвращается к нормальному функционированию.
Этот дефект может быть, а может и не быть идиосинкразией.
Сниженная сопротивляемость обычным воздействиям является идиосинкразией.
Раньше мы говорили: "Этому пациенту нельзя давать каломель", потому что он так восприимчив к ее действию, что малейшая доза вызывает слюнотечение и приносит большой вред.
Люди часто бывают восприимчивы к субстанции, которая принесет им огромную пользу, если учесть положительные и отрицательные аспекты жизни.
Лечение часто представляет собой такое же пагубное воздействие, что и болезнь. Если принять избыточную дозу жизненной энергии причины болезни, в результате мы получим болезнь, но если сфера жизненного плана этой же причины будет возвышена до такого качества, что станет корригирующей, то пагубное влияние превращается в лечение.