Д-р Клеменс Мария Франц фон Бённингхаузен (Германия)
Allgemeine homöopathische Zeitung, B. XXXIX, S. 98
Перевод д-ра Сергея Бакштейна (Москва)
Пользуюсь минутой покоя, чтобы сообщить Вам два наблюдения, весьма различных по своему характеру, одно из них даже взято из области химии. При этом оба наблюдения кажутся мне полезными для нашей науки. Именно поэтому я не возражаю против их публикации.
Первое наблюдение относится к чрезмерному и губительному действию высоких потенций, когда динамизация сильно повышается излишними встряхиваниями воды. Об этом я узнал следующим образом: во второй половине прошлой зимы было необычно большое количество случаев бешенства среди собак, и даже сейчас редко проходит день, чтобы нас не звали помочь кому-либо из укушенных. Гомеопатия и высокие потенции доказали свою ценность. В этом году я использовал лишь две или три крупинки 200-й потенции, растворенные в воде, на дозу, однако ни в этом году, ни ранее я не слышал, чтобы кто-либо из людей или животных, которых я лечил таким способом, заболел бешенством. Тем не менее в течение последних одиннадцати дней у меня погибли две собаки.
В первом случае речь шла об огромном прекрасном бульдоге из Бургесс Бёнинга около Дренштейнфурта, которого укусил пес, оказавшийся бешеным. Как обычно, я дал хозяину, который очень любил бульдога, несколько порошков. Номера 1, 3, 5 — Belladonna, 2 — Hyoscyamus, 4 — Stramonium, все в потенции 200, давать каждые три дня в установленном порядке, растворяя один порошок в воде и встряхивая, лучше всего в маленькой бутылке. Этот человек обладал слишком большим рвением помочь, как я позже обнаружил, и каждый раз максимально энергично тряс порошок по пять минут и более. Затем он давал раствор в остывшем кипяченом сладком молоке. После каждого из этих порошков пес выглядел целый день очень печальным, а после последнего он больше не мог есть, хотя охотно пил воду. На третий день, получив пятый порошок, пес издох, но без малейшего признака бешенства или гидрофобии.
Около двух недель спустя я дал те же лекарства в такой же последовательности приема огромному мастифу Гайторна Колонета в деревне Хиттру. Как будто по воле судеб, чтобы до конца усвоить прошлый урок, в этом случае лекарство также встряхивалось в водном растворе избыточно. Результат был тот же. После приема последней дозы собака была очень слаба, а поскольку она была на пороге смерти, то на второй день ее застрелили, чтобы прекратить мучения. И в этом случае у пса не отмечалось симптомов бешенства до самой смерти.
Следует отметить, что я давал одно и то же средство в той же дозе и тем же способом приема многим животным разных видов: лошадям, коровам, свиньям и маленьким собакам, а также некоторым укушенным людям. При этом никаких видимых изменений ни у кого не наблюдалось, и никто из них не заболел гидрофобией. Насколько мне удалось узнать, ни в одном из этих случаев не применялось избыточное количество встряхиваний, как это было в двух первых примерах.
Однако этих двух фактов слишком мало, чтобы на их основании делать выводы. Я считаю, что найдется много возможностей пренебречь этими данными. При этом они кажутся мне достаточно важными, чтобы привлечь внимание к данной проблеме. Если кто-то из моих почтенных коллег слышал о похожих случаях или может привести факты, доказывающие, что мои соображения о чрезмерных встряхиваниях лишены основания, я очень прошу сообщать об этом ради блага нашей науки1.
Второе наблюдение относится к открытию одного французского химика, представленному на заседании Академии наук в Париже 27-го числа этого месяца. Как мне кажется, гомеопатия может получить от этого двойную выгоду. Сначала я со всей возможной точностью приведу слова докладчика по имени Леон Фуко в "Journal des Débats" в немецком переводе: