Мы никогда не желали и не требовали слепой веры в истинность и правильность наших утверждений и доводов. Все, что мы осмеливаемся просить у наших собратьев по профессии, это лишь снизойти до того, чтобы подвергнуть эти утверждения и доводы единственно надежному испытанию, а именно опыту. И мы призываем и просим их словами бессмертного Ганемана повторять наши эксперименты, но повторять их точно и аккуратно в том виде, в каком они представлены. Тогда вы быстро увидите собственными глазами, основаны эти утверждения на истине или ошибочны. Однако необходимо признать, что правильное и аккуратное повторение гомеопатических экспериментов бывает весьма затруднительным, и что эти сложности необходимо преодолевать, чтобы полученные результаты были признаны достоверными и убедительными.
Гомеопат-экспериментатор должен обладать исчерпывающими знаниями гомеопатической науки, в особенности Материи медики, и должен строго и скрупулезно исполнять наставления основателя гомеопатической доктрины. Наиболее существенным, конечно же, всегда будет точный подбор лекарства, однако не менее важным будет тщательно следить, чтобы опрометчиво не повторять дозы назначенного лекарства или поспешно заменять одни агенты другими, вместо быстрого переключения между разными лекарственными веществами.
В этом отношении высокие динамизации гомеопатических лекарств требуют особого внимания, поскольку опыт доказал, что у них более продолжительное действие, чем у низких разведений, и они хуже переносят повторение, если не назначается подходящее промежуточное средство.
Соответственно, если гомеопат не в состоянии точно выбрать правильное лекарство, либо не считает, что обладает достаточной силой духа, чтобы спокойно ждать действия назначенного лекарства (несмотря на то, что должно пройти время, прежде чем это действие начнет проявляться), то пусть он не ждет от своих опытов верных и надежных результатов и не приписывает свою неудачу ошибочности метода или лекарства, но искренне и честно заявит о препятствиях, которые субъективно или объективно помешали эксперименту. Однако любой гомеопат найдет множество случаев, удовлетворяющих любым требованиям к успешному испытанию, и он может ограничить свои эксперименты именно такими случаями без малейшего вреда своим пациентам и своей репутации.
Поскольку я впервые удостоен чести напрямую обратиться к уважаемым британским коллегам, я должен просить разрешения сделать несколько уточнений, прежде чем начну докладывать о моих случаях.
Я взял за незыблемое правило в согласии с примером и указаниями Ганемана вести записи для каждого пациента. Сейчас, поскольку моя практика стала весьма обширной, ясно, что у меня нет времени, чтобы отмечать каждый факт, симптом или показание. Поэтому я вынужден ограничивать себя теми симптомами и характерными показаниями, которые ведут непосредственно к выбору лекарства и которые можно узнать лишь при постоянном и длительном изучении гомеопатической чистой Материи медики.
Поэтому мои патологические описания и изображения весьма лаконичны, но при этом я в состоянии приводить достаточно ясно и точно все показания, которые требуются для объяснения того, почему выбрано именно данное лекарство.
И теперь, поскольку я не желаю ничего добавлять по памяти, которая может подвести, я надеюсь, что никто не обвинит меня за то, что я привожу лишь точные слова в том порядке, в каком они представлены в моих регистрационных журналах.
Я привожу здесь номер тома и страницы по той причине, что любой, у кого появятся сомнения в правдивости моих слов или возникнет желание оказать мне честь персональным визитом, сможет во всем убедиться, сверив мои сообщения с подлинными записями из регистрационных журналов. Мои журналы уже насчитывают восемьдесят томов страниц размером в четверть листа, поэтому для удобства ссылок я сделал алфавитный указатель, что позволяет мне быстро находить любой нужный мне случай. Что же касается длинного и подробного описания случаев, занимающего по несколько страниц, то здесь я не смогу удержаться от замечания, что нередко они уподобляются некоторым историческим романам, основывающимся на правдивом факте, но обильно приукрашенным в деталях.
Но в гомеопатической практике выбор нужного лекарства среди препаратов, казалось бы, одинаково показанных для основных черт этих деталей, во многом зависит от случайностей и их точной оценки. Поэтому естественно предположить, что поэтизированные дополнения и реминисценции, которые нередко попахивают столь любимыми старой школой картинками обобщенной патологии, всего лишь собьют нас с толку и приведут в тупик.