11. "Возможность индивидуализации дозы возрастает с числом разнообразных потенций, которые могут использоваться".
12. "В этом отношении вопрос позологии значительно расширяется, а поскольку его можно решить только 'путем чистых опытов и тщательных наблюдений' ("Органон", § 278), крайне важно проводить больше экспериментов с высокими потенциями".
13. "Такие эксперименты должны проводиться с лекарствами, испытываемыми на человеческом организме, до тех пор, пока эти лекарства проявляют себя как реактив, или лакмусовая бумажка, для организма в болезненном состоянии, достаточно чувствительного к веществам столь тонким, каковыми являются эти лекарства".
Что касается пяти предыдущих пунктов, которые следуют один из другого и взаимно объясняют и дополняют друг друга, то здесь нам необходимо лишь подчеркнуть один момент, который указан в ссылке на "Органон" из № 12 и касается эксперимента и опыта. Мы не можем принимать никаких утверждений или даже предположений, а твердо верим лишь в постоянный и бесспорный опыт, даже если не можем понять природу явления. Исходя из этого, мы считаем себя вправе сомневаться в любом положении нашей терапии, пока не получим исчерпывающих доказательств. Среди этих подвергающихся сомнению положений мы особенно отметим часто повторяемое утверждение, что высокие потенции годятся только для хронических болезней, а острые состояния должны лечиться низкими разведениями. Те, кто до сих пор это утверждает и хочет превратить это в аксиому, не представили нам четких доказательств, а с другой стороны, те, кто провел сравнительные эксперименты, быстро убедились в обратном. На самом деле не требуется много экспериментов, чтобы обнаружить, что высокие потенции действуют гораздо быстрее низких (что видно из случаев исцеления, приведенных автором), а поскольку при острых заболеваниях мы стремимся к скорейшему излечению, то, следовательно, высокие потенции будут наиболее предпочтительными.
Очень часто в статьях о позологии мы встречаем утверждение, что врач должен иметь в своем распоряжении целые серии динамизаций, чтобы быть в состоянии выбрать лучшее и подходящее для данных условий и обстоятельств. Это и в самом деле звучит весьма убедительно и обоснованно, но только для непосвященных, а мы видим здесь лишь пустые слова, которые будут морочить головы простаков до тех пор, пока не появятся четкие правила, основанные на незыблемом опыте, согласно которым та или иная потенция заслуживает предпочтения и должна быть назначена. Мы пока не можем найти еще такие же ложные правила, за исключением приведенного выше, неправильность которого очевидна и которое используется лишь немногими.
14. "Гомеопатические потенции, то есть те тонкие лекарственные препараты, что изготовлены соответственно методу и практике Ганемана, при более внимательном изучении ни в коем случае не будут только лишь более мелкими частями лекарств, но видоизменением и развитием и одновременно, если так можно сказать, постепенным созданием и расширением лекарственных свойств препаратов".
Мы рассматриваем это положение как абсолютно верное. Оно согласуется с тем, что мы детальнее изложили в нашем примечании к № 7. Поэтому теперь мы только ссылаемся на него.
15. "Если же мы начнем говорить о расчетах, то одна лишь математическая доля частей лекарства, содержащихся в такой потенциированной дозе, будет весьма неопределенной, что приведет к ошибкам и путанице, как это уже случалось. Более того, бесконечные серии полученных при расчетах цифр поражают восприятие. Все это вместе в конечном счете никак не соотносится со свойствами исходного вещества".
Для подтверждения правоты этого предположения, кроме всего прочего, можно сослаться на § 284 Органона (5-е изд.) и примечание к нему.
16. "Теории (технике) потенциирования мы обязаны работам Корсакова и Жослена, имеющим огромную ценность".