ДОЗЫ
Мы знаем, что одного контакта с инфекционным заболеванием, одного вдыхания малярийного воздуха, одного внезапного душевного потрясения достаточно, чтобы вызвать последовательность явлений и симптомов, которые в конечном итоге заканчиваются либо полным выздоровлением — посредством того, что называется кризисом, или избавлением от болезненного состояния организма, — либо, если организм находится в слишком ослабленном состоянии, чтобы противостоять этим воздействиям, или если попытка Природы вызвать такой кризис была нарушена насильственными средствами (то есть энергичным лечением), система уступает подавляющим влияниям, и следствием становится смерть.
Наблюдение за естественными причинами возникновения естественных болезней должно служить нам руководством при выявлении болезнетворных свойств препаратов. Чтобы выяснить, какое болезненное состояние искусственно вызывает препарат у здорового человека, мы проводим эксперимент, принимая одну дозу. Мы не ожидаем немедленного проявления болезни от контакта с инфекцией. Опыт учит нас, что требуется несколько дней, редко меньше трех, прежде чем последствия такого контакта станут выраженными. Поэтому не следует ожидать немедленного заметного развития болезнетворного действия одной дозы препарата, с которым проводится прувинг. Если никакого заметного результата не наблюдается, скажем, через пять дней, мы должны действовать так же, как и при назначении препаратов при лечении больных. Обнаружив, что мы невосприимчивы к препарату, с которым проводится прувинг, мы должны принять потенцию либо ниже, либо выше. Если и это не дает результата, можно использовать потенцированный препарат в водном растворе до тех пор, пока не увидим результат. Когда возникает вопрос о том, в какой потенции мы должны принять одну дозу препарата, нам следует обратиться к Ганеману. В § 128 "Органона" он говорит, что вещества, если их испытывают в необработанном виде, не раскрывают в полной мере своих болезнетворных сил; что скрытые силы препарата развиваются потенцированием, и что мы лучше узнаем свойства препарата, если примем несколько гранул 30-й потенции. Пятьдесят лет назад 30-я потенция была самой высокой известной потенцией. С тех пор бесчисленные эксперименты как на здоровых, так и на больных, убедительно доказали тот факт, что более высокая степень болезнетворной силы развивается при потенциях гораздо выше. Ганеман советовал несколько гранул 30-й потенции в качестве подходящей дозы для проведения прувинга, поскольку знал, что лекарственные свойства препарата развиваются при потенцировании. Его последователи в результате экспериментов выяснили, что самые высокие известные потенции обладают пропорционально более выраженными лекарственными свойствами, чем необработанные вещества или более низкие потенции. Все основано на единственном надежном критерии — эксперименте. Всякий, кто честно проведет эксперимент, обнаружит, что однократная доза самой высокой потенции вызовет последовательность симптомов гораздо отчетливее выраженных и более характерных, чем при использовании более низких разведений, принятых однократно или в повторных дозах. У нас, например, на сегодняшний день нет других прувингов Theridion, кроме тех, которые проведены с помощью 30-й потенции. У нас есть прувинги Lachnanthes, проведенные с помощью самой высокой тогда известной потенции (76М), и симптомы, полученные таким образом, были подтверждены клинически.