Д-р Адольф фон Липпе (США)
Перевод д-ра Александра Малышко (Ялта)
Г-н В. шестидесяти четырех лет, ранее отличался крепким здоровьем; страдал около десяти дней от ночных болей в печени, сопровождавшихся сильной рвотой сначала водой, а затем желчью. По рекомендации врача-гомеопата принимал Nux v. и Pulsatilla, что время от времени приносило облегчение. Ему становилось хуже, и он слабел. Я осмотрел его 1 сентября, он лежал в постели после очень тяжелой ночи. Желтый цвет лица, болезненная чувствительность печени, запор, моча в норме, всю ночь его рвало, и он жаловался на постоянную тошноту; язык отечный и покрыт желтовато-белым налетом. Пульс — шестьдесят ударов в минуту. Отвращение к пище и полное отсутствие жажды. Он получил одну дозу Digitalis СМ (Fincke) в 11 часов. При повторном осмотре через 24 часа состояние пациента значительно улучшилось: рвота больше не повторялась, тошнота прекратилась, отмечалась лишь незначительная болезненность печени. Пульс — семьдесят два удара в минуту; язык стал меньше и почти очистился. Больше он лекарств не принимал и через пять дней, готовясь к поездке за город, посетил мой кабинет.
Случай II. Г-н Т. тридцати двух лет, ранее практически не болевший, был осмотрен 1 сентября. Жаловался на очень острую боль в печени, сопровождающуюся рвотой сначала водой, затем желчью; значительно хуже ночью. Желтый цвет лица, темная и обильная моча, жажда холодной воды, отечный язык с отпечатками зубов по краям. Отвращение к пище. Пульс — восемьдесят ударов в минуту. Дана одна доза Mercurius vivus СМ (Финке). На сорок восемь часов наступило значительное улучшение, после чего вновь последовал приступ боли в печени и вернулась прежняя рвота. Прием Mercurius vivus был повторен. Через два дня состояние языка улучшилось, боли в печени значительно уменьшились, но около 20 часов начался озноб, за которым последовали лихорадка и потение. Через два дня у него был еще один сильный озноб, которому предшествовала сильная жажда холодной воды. Жажда сохраняется и во время лихорадки, и во время потения. Полное отсутствие аппетита при апирексии. Язык лучше, но все еще отечный. Озноб, лихорадка и потение возвращались через день в разное время, становясь каждый раз все слабее. Моча стала нормального цвета, и аппетит постепенно возвращался. Поскольку состояние больного во всех отношениях улучшилось, он больше не получал лекарств. Через двадцать один день приступы озноба прекратились, однако спустя еще семь дней возник новый легкий озноб, язык оставался отечным, цвет лица был нормальный. Ему была дана еще одна доза Merc. viv. СМ (Финке). С тех пор он стал выходить на улицу. Чувствует себя здоровым, и хотя у него отмечались несколько очень легких приступов лихорадки, чувствует себя лучше. Через две недели после приема последней дозы Merc. viv. сообщил, что полностью выздоровел.
Случай III — будет полностью представлен позднее. В настоящее время мы даем только краткое описание, поскольку это всего лишь "рядовой" случай рвоты.
Женщина пятидесяти четырех лет, потеряла мужа двадцать три года назад в море, он упал за борт парохода. В течение двадцати двух лет она была прикована к постели, и все эти двадцать два года не могла удерживать пищу. У нее был ненасытный аппетит. Она с жадностью поглощала еду, особенно во время обеда, потому что была очень голодна. Но как только желудок наполнялся, у нее начиналась рвота, иногда сопровождавшаяся сильными страданиями и всегда с последующей резкой слабостью. В течение этих двадцати двух лет ее консультировали лучшие врачи-аллопаты, которые не могли прийти к единому мнению относительно диагноза, но все они были единодушны в том, что единственным способом продлить жизнь является абсолютный и полный покой. Любое принятое лекарство только ухудшало ее состояние, и в последние три года она отказалась от всех лекарств. Прошлой осенью перенесла приступ cholera morbus (расстройство желудка с рвотой и диареей. — Прим. пер.), и в течение недели принимала большие дозы различных препаратов опиума. Несмотря на то, что они вызывали сильные страдания, бред и полную бессонницу, она в конце концов выздоровела от этой болезни. Мой первый визит был в начале июня. Конечно, больная была ужасно истощена, но ее блестящий интеллект нисколько не пострадал. Поскольку я не смог выявить никакого спинального заболевания, о наличии которого заявляли некоторые высокоученые врачи научной школы, я велел ей принимать пищу, всегда сидя за столом, что она с тех пор и делает. Сначала была дана доза Nux vom., не оказавшая никакого эффекта. Через семь дней после очень тщательного изучения Материи медики я назначил одну дозу Ferr. met. СМ (Финке). В течение трех дней не было заметно никакого действия препарата. На четвертый и пятый день после приема Ferr. стул стал очень жидкий, но поскольку при этих более чем обычно жидких и частых испражнениях не было боли, никаких лекарств не назначалось. На шестой, седьмой и восьмой дни ее меньше рвало и прошел ненасытный голод. При этом рацион питания не менялся, за исключением введения охлажденного шампанского — его давали по чайной ложке во время обеда. На девятый день ее перестало рвать и в течение двух месяцев ее состояние с каждым днем улучшалось. Она могла сидеть десять часов в сутки и с легкостью передвигаться по второму этажу своего коттеджа. После постепенного улучшения у нее развился похожий на cholera morbus приступ, от которого она страдала около года назад. Приступ начался рано утром, продолжался до полудня и прошел после полудня. На второй день приступа она получила одну дозу Sulphur 21М (Финке) и постепенно выздоровела. Опиаты, принятые при подобном приступе год назад, вызвали абсолютную бессонницу и общее ужасное состояние. Теперь же после приема одной дозы Sulphur она вскоре на три часа погрузилась в крепкий, освежающий сон, что наблюдающий врач расценил как верный признак того, что препарат был гомеопатичен данному случаю и, несомненно, сильно повлиял на него. Через несколько дней после того как диарея полностью прекратилась, вновь появилась рвота, хотя аппетит к этому времени нормализовался. Повторное назначение Ferrum met. не принесло улучшения. Больная жаловалась на сильное чувство переполнения после еды, даже если ее не рвало. Теперь была дана Ignatia, но частая рвота продолжалась. Также начал заметно увеличиваться в объеме живот, в нем ощущалась сильная тяжесть. Было очевидно, что в животе скопилась жидкость. Была дана доза Sepia СМ (Финке), что привело к обильному мочеотделению в течение примерно недели. Увеличение живота, как и ощущение тяжести, прошли. После того как все симптомы стихли, была дана доза Ferr. muriaticum СМ (Финке). Она вызвала такой же жидкий стул, как и Ferr. met., и пища снова стала усваиваться.
Комментарии. — В первых двух случаях было так много общих симптомов, что легко можно было предположить, что им требуется один и тот же препарат. Первопричиной рвоты и болей, как казалось в обоих случаях, поступивших на лечение в один и тот же день, был застой в печени. В обоих случаях язык был отечным, цвет лица — желтым, ухудшение наступало ночью, но в первом случае отсутствовала жажда, во втором наблюдалась сильная жажда; в первом случае наблюдался медленный пульс, во втором — учащенный. В первом случае улучшение быстро наступило от Digitalis, который был подобным препаратом. Примечательно, что примерно через шесть недель внезапный приступ головокружения с точно такой же рвотой, желтым цветом лица и отеком языка повторился. И снова под наблюдением д-ра Уолтера М. Джеймса1 Digitalis принес быстрое облегчение больному. Второй случай был вызван малярией, и хотя первоначально она проявилась в стертой форме, вскоре развилась и была быстро вылечена препаратом, четко показанным при первом проявлении болезни. Препарат повторяли через очень большие промежутки времени, когда действие предыдущей дозы по всем признакам исчерпывалось.
Третий случай является, безусловно, самым примечательным случаем продолжительной болезни, которую мне когда-либо приходилось лечить. Если нынешнее явное улучшение сохранится, этот случай будет подробно описан позже. Существует множество нерешенных вопросов как в физиологии, так и в патологии. Ответы на них будут получены благодаря наблюдениям за действием гомеопатических методов лечения, сформулированных Ганеманом. Но даже сейчас этот безнадежный случай показывает, насколько превосходны и надежны правила, которым Ганеман учил нас следовать, если мы намерены применять единственный верный из всех существующих закон лечения. Врачами, притворяющимися гомеопатами, были открыты новые законы. Нас призывали "развиваться и исследовать", и нам даже был показан пример этого нового метода лечения: был описан случай, представленный прославленным изобретателем наших новых, отличных от прежних законов, когда состояние больного в течение трех долгих лет постепенно ухудшалось, а в итоге было излечено одной дозой Pyrogen, принятого перед сном2. Утверждается, что средство было гомеопатизировано с помощью "потенцейзера". Если это правда, нам следовало бы извиниться за то, что мы действовали без должных размышлений. При таком подходе болезнь (описанная в случае III), которая длилась в семь раз дольше, чем та, что была вылечена за восемь часов гомеопатизированным средством, должна была быть вылечена за пятьдесят шесть часов. Даже при огромном желании проверить эффективность этого вновь открытого метода лечения, было бы чрезвычайно трудно найти препарат в любом из трех описанных здесь случаев. Был ли в каком-либо из этих случаев обнаружен болезнетворный продукт болезни? Если мы поразмыслим и сначала выявим болезнетворный продукт болезни, мы сможем затем гомеопатизировать такой продукт и, сделав это, пойти дальше — проверить, насколько применимы новый закон и новые методы. Трудности, с которыми мы, несомненно, столкнемся вначале, если будем действовать неосознанно, без размышлений, будут заключаться в обнаружении "болезни". Однако истинный врач — мы имеем в виду гомеопата — никогда не лечит болезни на основании диагноза. Авторы нового закона лечения, вероятно, смогут указать для каждого названия болезни ее "продукт". Но, поразмыслив, мы предсказываем, что продуктом болезней, которые лечат на основании диагноза, в подавляющем большинстве случаев станут похороны! Нелогично ли будет, следуя этой вопиющей ереси, подвергнуть все похороны, включая венки, новооткрытой гомеопатизации? Мы используем этот термин, потому что ранее обидели крайне чувствительных сторонников ереси, которые называют гомеопатическим препарат (даже нозод), приготовленный новым, улучшенным способом, без его прувинга, а только после "процесса мытья флаконов". К чувствительным людям, которые, не стесняясь, попирают здравый смысл, следует относиться деликатно. А поскольку они заявляют, что мытье флаконов — это неджентльменское и вульгарное выражение для обозначения абсурдного утверждения, согласно которому препарат, не прошедший прувинга, даже если это нозод — предположительный продукт болезни, — становится истинно гомеопатическим средством от самой болезни, стоит лишь подвергнуть его процессу "потенцирования", или флуктуационного потенцирования, в дальнейшем мы воздержимся называть этот процесс мытьем флаконов. Вместо этого, надев лайковые перчатки, назовем новопровозглашенную ересь, извращающую здравый смысл гомеопатии, гомеопатизацией. Весьма примечательно, что первооткрыватель нового закона обращается к ассоциации, в которую он вступил с открыто заявленной целью устранения из института ошибок и отклонений, постепенно проникших туда под предлогом свободы медицинского мнения и действий. Еще более примечательно, что Международная Ганемановская ассоциация (МГА), существующая уже более трех лет, до сих пор не предприняла ни малейшей попытки реформировать институт (Американский институт гомеопатии. — Прим. перев.), а, напротив, одобряет гораздо более гнусную ересь, чем любая другая, которую когда-либо демонстрировал институт, одного из ее членов или, под предлогом свободы медицинских мнений и действий, оставляет ее без внимания. Но вот исторические факты, подтверждающие правильность наших слов. Ничего не было предпринято для выполнения публично данных обещаний искоренить из института отклонения, исподволь проникшие в нее. Теперь этой реформаторской организации навязывают ересь, худшую из когда-либо предлагавшихся. Есть все основания утверждать, что руководство и исполнительный комитет МГА не просто закрывают глаза на действия своего члена. Этот человек дерзко заявляет, будто открыл новые законы и методы лечения, которые полностью противоречат закону подобия и принципам Ганемана, изложенным в его фундаментальной "Чистой Материи медике". И то, что МГА поддерживает автора этой худшей в истории медицины ереси — уже свершившийся исторический факт. Это новое отступление от методов Ганемана может (!) привести к более легкому способу лечения болезней, но поскольку это не гомеопатия, благоразумно было бы сначала изучить эти утверждения, прежде чем принять их и взять на себя ответственность за поддержку этой ереси. Мы намерены подробнее остановиться на этом вопросе — новой ереси — в статье, которая сейчас готовится, "Прошлое, настоящее и будущее гомеопатии".