Язвы, наиболее эффективно поддающиеся лечению Kali bichromaticum, отличаются большими размерами, темным центром и нависающими краями.
Нет ни одного хорошо изученного препарата, информация о котором настолько недоступна для англоязычного врача-гомеопата, как Kali bichr. Было бы очень желательно иметь новое издание патогенеза этого ценного лекарства, включающее все опубликованные известные симптомы и клинические наблюдения, количество которых было бы значительно больше, если бы все симптомы были хорошо систематизированы и представлены врачам.
Даже кропотливая работа, опубликованная д-ром Арнетом, далеко не полна, а ее использование весьма затруднительно. Симптомы представлены не по отдельности, а сплошным текстом, и новая строка начинается только после каждых пяти-десяти симптомов. Многочисленные неточности в цитировании источников и часто неправильно напечатанные сокращения делают практически невозможным поиск оригинального симптома без значительных затрат времени. Переводы с английского на немецкий также не являются точными. Временами смысл симптома полностью меняется, как, например, в случае с рабочим Джеймсом Слейтером. "Язык гладкий" в симптоме 90 ("British Journal", т. III, стр. cxci): "Язык гладкий, красный и потрескавшийся, при дизентерии", переведен: "Zunge weich" (т. е. "мягкий"; вместо "glatt" — гладкий). Нелогичность мягкого красного потрескавшегося языка настолько бросается в глаза, что внимательный читатель сразу же обратится к первоисточнику и обнаружит ошибку.
На английском языке мы имеем два описания Kali bichr.: первое — эссе д-ра Драйсдейла в "Hahnemannian Materia Medica", т. I, и второе в "Symptomen Codex (Jahr's Manual)" д-ра Гемпеля, т. I. Д-р Драйсдейл, который включил в свою работу предыдущую публикацию о Kali bichr. в т. III "British Journal", пишет в прим. 1 на стр. 4:
Выбирая группы симптомов для включения в следующую схему, я очень тщательно проанализировал описания, предоставленные участниками экспериментов, возможно, даже с несколько излишней строгостью. Опасаясь включить какие-либо бесполезные или сомнительные симптомы, я, возможно, исключил многие, которые действительно относятся к лекарству и которые могут оказаться ценными. Но я считаю, что лучше отбросить много истинных симптомов, чем принять один ложный, поскольку один ложный симптом может исказить всю картину, разрушив нашу уверенность в остальных. В большинстве случаев я не принимал во внимание какие-либо выраженные симптомы, основываясь только на данных одного экспериментатора, а выбирал только те симптомы, которые совпадали у нескольких.
Кроме того, я исключил бóльшую часть испытаний некоторых лиц из-за недостаточной информации о конституции или привычках испытателя, или из-за прямых указаний на сомнительность их характера. Так, наиболее вызывающая опасения группа симптомов, включающая кратковременную полную потерю зрения, была описана одним испытателем. Но поскольку у нас нет информации о его конституции, и нам известно, что у него болела голова до начала приема лекарства, мы не можем принять его результаты до тех пор, пока они не будут подтверждены, поскольку, насколько мне известно, он может быть подвержен головным болям, сопровождающимися потерей зрения, как в данном случае. Испытание, проведенное д-ром Вахтелем, я также позволил себе полностью исключить. Этот господин принял только одну дозу двенадцатого разведения. Шестнадцать дней спустя у него появился щекочущий кашель, и в течение дня он выхаркал в общей сложности около полуфунта ярко-красной крови. На следующий день он обнаружил небольшую трещину на задней стенке глотки, из которой выделялась кровь.
Безусловно, требуются дальнейшие доказательства, чтобы установить какую-либо связь между этими симптомами и дозой Kali bichr. Я также исключил некоторые симптомы, описанные высокочтимым и неутомимым профессором Златаровичем1, поскольку, сравнив их (особенно те, что связаны с геморроем, мерцанием перед глазами и гемикранией) с его собственными симптомами, возникавшими под воздействием других и совершенно разных лекарств, они оказались очень похожими. Безусловно, очень желательно, чтобы каждый испытатель одновременно со своим отчетом представлял критический анализ этого отчета, указывая или исключая те симптомы, которые, исходя из знания себя, он считает сомнительными. Пока это не будет сделано, мы не сможем достичь точности, поскольку невозможно кому-либо впоследствии, на расстоянии во времени и пространстве, подвергнуть отчет тщательному "перекрестному допросу", который был бы осуществим на месте. Все, что можно сделать, это исключить из каждого отчета то, что не подтверждено отчетом другого испытателя.
"Несколько излишняя строгость", по выражению д-ра Драйсдейла, а на самом деле произвольный способ, которым он отсеивал богатый материал, ни в коей мере не оправдывает огромный вред и моральное зло, причиненные обществу в целом, страдающему пациенту и ищущему врачу в частности, а также самоотверженному исследователю и тому, кто проводил прувинг.
Д-р Драйсдейл считает, что лучше отвергнуть много истинных симптомов, чем допустить один ложный. Это утверждение ошибочно от начала до конца. Разве не общепризнано, что лучше, чтобы девять виновных преступников избежали наказания, чем рисковать осуждением одного невиновного? Мы не вправе отвергать ни один симптом без очень веских причин. И эта веская причина может существовать только тогда, когда после назначения лекарства, соответствующего симптому или группе симптомов, не последовало излечения после неоднократного повторения. Только тогда мы можем отвергнуть этот симптом или группу симптомов и выразить недоверие к надежности "испытателя"–Фиккеля. Отбрасывая один или несколько симптомов, мы рискуем больше, чем принимая их. Мы можем совершенно исключить возможность излечения. Например, как в случае симптома, приведенного выше, "острые колющие боли в левом ухе, распространяющиеся в небо, в соответствующую сторону головы и в ту же сторону шеи, которая была болезненна при прикосновении; лимфоузлы были увеличены", — это позволило мне (по счастливой случайности найдя его в эссе д-ра Арнета) вылечить безнадежный случай дифтерии. Надежность этого симптома, отмеченного только одним испытателем (д-ром Маренцеллером) и произвольно отброшенного д-ром Драйсдейлом, была вновь доказана в другом случае. В марте прошлого года я посетил юную леди тринадцати лет. Она жаловалась на очень сильную боль в горле, боль значительно усиливалась при глотании. Горло полно вязкой слизи, которую она не могла ни проглотить, ни отхаркнуть. Она не могла высунуть язык без значительного усиления болей. Боль в левой стороне головы; стреляющая боль в левом ухе; левая сторона шеи очень болезненна при прикосновении и сильно опухшая. Миндалины, особенно левая, очень увеличены и воспалены. Одна доза Kali bichr. 200 (Лермана) полностью излечила ее через тридцать шесть часов. Сегодня (4 июля) она и ее родители заявили, что она здоровее, чем когда-либо прежде. С тех пор она не принимала никаких лекарств. В них не было необходимости.
Прувинг д-ра Вахтеля был опущен, потому что д-р Драйсдейл считает крайне маловероятным, что одна доза двенадцатой потенции могла вызвать какие-либо, и уж тем более такие симптомы, о которых доктор Вахтель сообщает шестнадцать дней спустя.