ПРОЧИТАНО ПЕРЕД ФИЛАДЕЛЬФИЙСКИМ ГОМЕОПАТИЧЕСКИМ ОКРУЖНЫМ МЕДИЦИНСКИМ ОБЩЕСТВОМ
10 ОКТЯБРЯ 1878 Г.
Не может быть лучшей иллюстрации гомеопатических принципов, чем изложение их успешного практического применения.
Гомеопатические принципы исходят от Основателя искусства врачевания, и лучше всего их можно определить как состоящие из закона подобия, одного лекарства и минимальной дозы. Поэтому прежде всего мы применяем закон подобия. Наша цель состоит в том, чтобы показать на простом случае, каким образом следует наилучшим образом применять этот закон. Очевидно, что мы должны принять этот закон как всеобщий, которым следует руководствоваться в нашей терапии, если мы желаем оставаться последовательными гомеопатами. Никогда не существовало и не будет существовать никаких вспомогательных или дополнительных законов, которые уже открыты или еще будет открыты в будущем, однако будут найдены и разработаны объясняющие определения этого закона, а также объясняющие способы его применения. Одно из таких объясняющих определений заключается в следующем: наиболее важные и характерные симптомы в данном случае болезни не обязательно являются симптомами, относящимися к форме болезни, подлежащей лечению; они, скорее, представляют собой симптомы, характерно присущие самому человеку, страдающему данной формой болезни. Именно для этих характерных симптомов, принадлежащих больному человеку, мы должны найти подобное лекарство, если стремимся разумно применять закон подобия. Поскольку мы должны учитывать индивидуальные особенности, очевидно, что симптомы, своеобразно проявляющиеся вследствие индивидуальности человека, страдающего болезнью, являются наиболее важными симптомами, для которых мы ищем подобное лекарство. Если бы мы пошли по пути обобщения, нам было бы достаточно найти название болезни, от которой страдает пациент (если бы это было возможно при каждой болезни), и мы назначили бы лекарство, способное вызвать состояние, подобное данной форме болезни. Но поскольку каждый человек переносит болезнь по-разному и каждый отличается особенностями строения тела и конституции, подобное обобщенное лечение окажется недостаточным для излечения даже меньшей части случаев.
Теперь перейдем к нашему примеру. 1 августа 1878 года д-р К. К. Смит1 попросил меня вместе с ним посетить одну из его пациенток. Мисс У., пятидесяти лет, полного телосложения, жительница Нью-Йорка, серьезно болела с апреля. До своего приезда сюда она страдала приступами перемежающейся лихорадки и получала научное лечение. Сульфат хинина, железо и даже "синяя масса"2 в больших количествах щедро назначались самыми видными аллопатами Нью-Йорка. Приступы озноба и жара временами подавлялись, но неизменно рано или поздно возвращались, причем каждый раз сопровождались новыми страданиями. Когда она прибыла сюда, слабость и ночное беспокойство были настолько сильными, что д-р Смит был вынужден назначить ей Arsenicum (в высокой потенции), который принес значительное облегчение и вызвал возвращение прежних подавленных приступов озноба и жара. Озноб появлялся в первой половине дня через день, причем каждый раз немного раньше; выраженного озноба не возникало; при ознобе, продолжавшемся три часа, пациентка хотела пить до его начала и во время него; после питья возникала рвота; наблюдалась обильная рвота желчью; мышцы верхней части тела сильно болели, и боль усиливалась во время озноба; затем наступала стадия сильного жара, сопровождавшаяся обильным потением, которая продолжалась от шести до восьми часов, при этом жажда сохранялась. Во время приступа больную тепло укрывали, а затем обильное потение без ощущения жара продолжалось во сне всю ночь. Слабость была очень выраженной даже при отсутствии лихорадки. Печень была значительно увеличена и очень болезненна при прикосновении. Мочи было очень мало, она была мутной и имела неприятный запах. Аппетита у пациентки уже некоторое время не было. Ей был назначен Eupatorium perfoliatum 50М (Финке), растворенный в половине стакана воды, и вне приступов она принимала по одной чайной ложке каждые два часа в течение двенадцати часов. Следующий приступ оказался тяжелее предыдущего; все симптомы усилились, однако больная выделила большое количество прозрачной мочи. Никаких лекарств назначено не было. Следующий приступ оказался очень легким и продолжался недолго; обильное выделение мочи продолжалось. Больше приступов лихорадки и потения не возникало, аппетит улучшался, силы постепенно восстанавливались, пока через четырнадцать дней от последнего приступа не произошел еще один, очень слабый приступ. По его окончании была назначена единственная доза Eupatorium perfoliatum. С того времени и до настоящего момента приступы озноба или жара больше не повторялись; общее состояние здоровья пациентки теперь хорошее; печень вернулась к своим нормальным размерам.
Комментарии.Обычное лечение, применявшееся в этом случае перемежающейся лихорадки, как это обычно бывает, не принесло исцеления, а лишь подорвало прежде крепкое здоровье пациентки. Arsenicum, который был совершенно ясно показан, не только устранил симптомы, присутствовавшие в тот момент, но и помог жизненным силам организма вернуть первоначальное заболевание. Теперь перед нами был ясный случай перемежающейся лихорадки и нам предстояло найти подобное лекарство. В данном случае присутствовали не три обычные стадии лихорадки — сначала озноб, потом жар, затем потение — но лишь две стадии, не полностью развившийся озноб, проявлявшийся простой дрожью, за которым следовали сильный жар и потение. В реперториях лихорадок и других справочниках не было найдено ни одного средства, для которого была бы характерна последовательность симптомов в виде дрожи, сменяющейся жаром и потением. Озноб, сменяющийся жаром и потением, встречается в описаниях большого количества лекарств, однако ни одно из них не обладало характерными симптомами нашей пациентки, такими как жажда, возникавшая до начала озноба и сохранявшаяся во время приступа, а также мучительная рвота не только водой, которую она пила, но и желчью. Единственным известным средством, соответствовавшим этим характерным симптомам, а также обильному потению и подавленному мочеотделению, был Eupatorium perfoliatum. Обратившись к переводу превосходного труда Беннингхаузена о перемежающейся лихорадке, мы не обнаружили среди симптомов Eupatorium, добавленных переводчиком, этих характерных признаков, за исключением жажды, предшествующей ознобу. Проверив первые прувинги Eupatorium, опубликованные в 1846 году в "Трудах Американского института (гомеопатии. — Прим. перев.)", мы действительно обнаружили симптомы, которые первыми направили нас на путь лечения перемежающейся лихорадки посредством Eupatorium — рвота желчью — рвота после каждого глотка воды. Переводчик труда Беннингхаузена приводит расплывчатое описание симптомов: "Во время озноба наблюдается ряд желудочных, или так называемых желчных, симптомов". Это неопределенное описание может подразумевать "горькую рвоту", однако не выражает ее достаточно ясно. Во всех остальных трудах по Материи медика мы обнаружили упоминание этой "горькой рвоты" — рвоты желчью — как очень характерного симптома, такого же характерного, как характерна кислая рвота (во время жара) для Lycopodium.
Следующий приступ после назначения Eupatorium оказался значительно тяжелее предыдущих, однако появился несомненный признак того, что Eupatorium подействовал и помог восстановительным силам организма освободить его от болезни и вернуть пациентке здоровье — выделение большого количества прозрачной мочи. Следовательно, усиление приступа не было признаком прогрессирования заболевания и не требовало назначения другого, более подобного лекарства. Вопрос все еще остается открытым: действительно ли эти лишь кажущиеся ухудшения являются следствием передозировки лекарства или же не являются ли они во многих случаях необходимыми и не служат ли признаком того, что непосредственно вслед за появлением такого ухудшения должно наступить улучшение. Всякий раз, когда другие симптомы заболевания изменяются в благоприятную сторону, как это произошло в данном случае, когда почки возобновили свою деятельность после того, как она некоторое время была приостановлена, несомненно, в ущерб всему организму, можно с уверенностью ожидать дальнейшего улучшения состояния больного. В данном случае так и произошло, как и предполагалось, и не было необходимости давать новую дозу, даже того же самого лекарства, до тех пор, пока действие уже принятой дозы не исчерпалось и пока это не стало очевидным из того, что улучшение не только прекратилось, но вновь появились озноб и небольшая лихорадка. Полное выздоровление пациентки явилось наилучшим доказательством правильного применения гомеопатических принципов.
Подавление мочеотделения, горькая рвота, увеличение печени, а также периодическое отсутствие жажды перед приступом озноба (все эти симптомы, не являющиеся обязательными признаками перемежающейся лихорадки), послужили для нас указателями, позволившими найти подобное лекарственное средство, назначенное одно и в минимальной дозе.