Теперь выбор сводится лишь к Pulsatilla и Sepia. Другие указанные симптомы также наблюдаются у обоих этих препаратов. Прежде чем окончательно решить, какой из двух препаратов более подходит для данного случая, необходимо повторно осмотреть больного, осмотреть его язык, спросить о вкусе, состоянии кишечника. Однако решающее значение, вероятно, будут иметь психические проявления. Скорее всего, лечебным препаратом окажется Pulsatilla, обладающая характерными симптомами больного в более выраженной степени. Сравнение с данными прувингов окончательно решит вопрос, и результат не сможет не порадовать.
В качестве еще одной иллюстрации приведу случай из своего журнала, который ни в коем случае не является образцовым, но наглядно демонстрирует, насколько важен, если мы рассчитываем на успех, точный выбор препарата.
Мистер Т., шестидесяти лет, обратился за помощью. Он чувствовал себя нездоровым уже некоторое время. Проживая несколько лет в деревне, приехал в город для лечения. Вечером 20 июля на основании его симптомов я дал ему одну дозу Pulsatilla 200. 23 июля в 17 часов у него начался первый приступ озноба, длившийся в течение часа, за которым последовал жар, а затем потение. Приступ закончился около трех часов. Жажда была постоянной, пил он малыми порциями. Беспокойство, заставлявшее его постоянно менять положение, особенно во время лихорадки, было очень сильным. Во время приступа он жаловался на боль в спине и головную боль. Утром 24 июля я дал ему одну дозу Arsenicum 200. Приступ лихорадки в тот день вернулся на час раньше и был слабее. Лекарство не назначалось. 25 июля приступ вернулся в 17 часов и был сильнее. Лекарство не назначалось. 26 июля приступ вернулся в 18 часов. Посетив его в 20 часов, я обнаружил, что озноб был очень сильным, больного ужасно трясло в течение двух часов. После озноба — тошнота и рвота желчью. Во время озноба и лихорадки из-за стеснения в груди дыхание было очень частым, и ему трудно было говорить. Не проявляет беспокойства, но страдает от тоски; лежит неподвижно; сильная жажда; не спит, потеет всю ночь; нет аппетита; боль в печени, которая, кажется, стала слабее, чем была раньше. После тщательного сравнения симптомов с препаратами, имеющими некоторое сходство с данным случаем, я выбрал из таких препаратов как Apis, Arsenicum, Ipecac., Kali carb., Mezereum, Nux vom., Pulsatilla, Rhus и Seneca, наиболее подходящий препарат — Kali carb. К этому выбору меня привел симптом № 1227 из "Хронических болезней" Ганемана:
Сильный озноб, ближе к вечеру, в течение нескольких минут; вынуждающий лечь; сопровождающийся тошнотой, рвотой и спастической болью в груди, всю ночь, с поверхностным дыханием, с сильной тоской и обильным потением на голове.
27 июля в четыре часа утра больной получил одну дозу Kali carb. 19M (препарат д-ра Финке). Озноб вернулся в этот день (27 июля) на час раньше, но был слабее; все сопутствующие симптомы были менее выражены; рвоты не было. Лекарство не назначалось. 28 июля — озноба нет. 29 и 31 июля — небольшой озноб, возвращающийся каждый раз более чем на час раньше. Лекарство не назначалось. С тех пор озноба или лихорадки больше не было, аппетит и сон постепенно восстановились. Запоры, которые были постоянными во время приступа, прошли последними. 10 августа — физическое и душевное состояние хорошие.
Если очевидно, что перемежающуюся лихорадку можно вылечить при условии, что мы найдем правильный препарат, а также то, что в некоторых случаях подбор этого препарата с помощью доступных нам методов затруднен, нам остается только следовать примеру наших предшественников, показавшим нам, как это можно сделать наилучшим образом. Ганеман уже указал на характерные симптомы лихорадки China, и если мы будем прилежно следовать за ним, внимательно изучим, как он выявлял симптомы, как подтверждал их, нам остается только подражать ему. Мы должны индивидуализировать случаи, а не пытаться обобщать их. И очень скоро, благодаря накопленным наблюдениям, мы сможем лечить перемежающиеся лихорадки с той же легкостью, с какой сегодня лечим лихорадки других видов.