Д-р Адольф Липпе (США)
Перевод д-ра Александра Малышко (Ялта)
В эссе "Определенность медицины", представленном публике д-ром Питером Джоном Джорджем Кабанисом в 1791 году, мы находим в заключительном 10-м разделе следующее:
Я осмелюсь предсказать, что вместе с истинным методом наблюдения и духом философии, который всегда должен в нем преобладать, медицина вскоре возродится, и наука приобретет иной облик. Разрозненные фрагменты, из которых она сейчас состоит, будут собраны воедино, чтобы сформировать из них систему, простую и плодотворную, как и все законы природы. После тщательного изучения всех фактов, их проверки и сравнения, они будут связаны между собой и приведены к небольшому числу твердо установленных или мало подверженных изменениям принципов. Метод исследования, который объединяет эти факты через их сходство или различие, выведение из них общих правил, которые по сути, будут лишь более подробной детализацией этих фактов, этот метод, повторяю, достигнет небывалого совершенства. Более важная и сложная задача применения этих общих правил на практике будет упрощена. Из всего этого естественным образом следует, что врачу не нужно будет изобретать собственный метод и средства лечения, пренебрегая тем, чему его учили, чтобы искать в своих собственных ощущениях знание того, чего он не смог бы получить из ощущений других. Я имею в виду описания не просто корректные и подробные, но представляющие собой в совокупности целое, в котором различные части хорошо связаны между собой. Когда это будет достигнуто, не потребуется постоянно талантом заменять искусство врачевания — напротив, последнее иногда будет создавать первое, и даже казаться в некоторых случаях, что оно заменяет собой первое. Тем не менее я далек от мысли, что точность в науке когда-либо сможет заменить здравый смысл или природный талант. Но точность искусства врачевания сможет предотвратить ситуацию, когда здравый смысл будет сбит с толку расплывчатыми и несвязанными представлениями, а талант будет скован устаревшими и ошибочными правилами. Следовательно, в будущем ничто не сможет помешать их полному раскрытию. Таким образом, люди со скромными способностями будут с легкостью выполнять то, что в настоящее время достигается с трудом даже самыми одаренными. Практика медицины, очищенная от того вздора, которым она в настоящее время затуманена, и сведенная к простым, четким и методичным указаниям, приобретет ту степень определенности, которой, в силу изменчивой природы объектов, на которые она направлена, можно разумно ожидать
Найдется ли хотя бы один гомеопат, который не прочтет с удовольствием это пророчество Кабаниса, и есть ли хоть один, кто не сожалеет о том, что этому великому философу не довелось увидеть, как его прозорливые предсказания сбылись, причем в очень короткий срок? Медицина обрела определенность. Ганеман уже тогда начал скрупулезное изучение фактов, собирал известные сведения о действии лекарств и начинал свои прувинги, и эти факты, подтвержденные повторными клиническими экспериментами и сопоставленные друг с другом, а также с другими известными природными явлениями, были связаны воедино и сведены к небольшому числу фундаментальных законов. Из этих законов были выведены общие правила, и все это было представлено Ганеманом миру и принято его истинными последователями. Мы наблюдаем в наши дни как аллопатическая школа, по-прежнему игнорируя и отвергая гомеопатию как медицинскую систему, все же признаёт необходимость законов и твердо установленных правил, изучая факты и стремясь прийти к определенным выводам.
Они действительно смотрят в будущее с надеждой на прогресс и, пусть медленно, но двигаются вперед. История, однако, постоянно повторяется, и поэтому мы находим в медицинской профессии представителей партии или секты, провозглашающих своим девизом "прогресс", отделившихся от аллопатов под предлогом "либерализма" и "прогресса" и называющих себя эклектиками. Их прогресс движется в обратном направлении, и они открыто заявляют о своем решительном противостоянии любым твердо установленным принципам, основанных на законах природы, и еще больше выступают против практических правил, вытекающих из этих фундаментальных законов и находящихся в гармонии с ними. В своих учебных заведениях они учат "разнообразию мнений" и клеймят как "догматиков" всех, кто с ними не согласен. В этом и заключается коренное различие между старой и новой школами, аллопатической и гомеопатической, стремящихся воплотить в жизнь смелое предсказание Кабаниса с одной стороны, и эклектиками, апеллирующими к общественным предрассудкам и неправильному пониманию свободы и либерализма с другой. Они самоуверенно заявляют, что свободная наука не может и не должна быть стеснена никакими принципами, даже если эти принципы вытекают из законов самой природы и многократно подтверждены экспериментально. Если предсказания Кабаниса с появлением гомеопатии действительно сбылись, и если мы ясно и недвусмысленно видим растущее стремление в рядах мыслящих аллопатов обрести определенность в медицине, то долг тех, кому поручено преподавать гомеопатию в гомеопатическом колледже, следить за тем, чтобы преподавались исключительно те фундаментальные принципы, которые в своей сущности являются результатом истинного способа наблюдения, выполненного в действительно философском духе.
Небольшое количество этих принципов (всего три), опубликованных и разъясненных в этом журнале и преподаваемых в Гомеопатическом медицинском колледже Пенсильвании, практически неизменно. Закон исцеления является общепринятым. Защитников чередования препаратов, выступающих против единственного лекарства, можно найти только среди тех, кто лишен философского мышления, или же среди тех, кто отказывается читать "Органон" в оригинале, упорно цитируя искаженные переводы в защиту своих абсурдных утверждений. Минимальная доза принята всеми здравомыслящими людьми, и только те, кто не способен мыслить, ошибочно полагают, что речь идет о наивысшей потенции как о дозе, достаточной для излечения конкретного случая. (Вопрос о дозе, еще не решенный окончательно, остается на усмотрение каждого врача.)
Если согласиться с тем, что эти три фундаментальных принципа могут быть как-то изменены, то нам неизвестно ни об одном предложении изменить, скорректировать или разнообразить их с тех пор, как они были начертаны на знамени, под которым мы служим нашему делу.
Мы оставляем эту третью сторону, "эклектиков", тешить себя славой, апеллируя к невежеству и предрассудкам, и разворачиваем свое знамя, на котором красуется "Свобода в разнообразии мнений". Когда же они ссылаются на святого Павла, который сказал в своем Первом послании к Фессалоникийцам, 5:21, "omnia autem probate: quod bonum est tenete" (лат. Все, однако, испытывайте; что хорошо — держите. — Прим. авт. сайта), мы напомним им о предыдущем стихе: "prophetias nolite spernere", что в контексте следует читать: "Пророчеств не отвергайте", но "все испытывайте, хорошего держитесь". Хотим также заметить, что святой Павел не имел в виду, что фессалоникийцам следует полагаться на собственное суждение, выбирая, что оставить из Старого завета и что принять из Нового.